|
Вступление Можно ли этому научить?
"Я не сижу над стихами..."
Музыка слов
Рифма
Разговор об образности
О чём пишем?
|
ПЛЕБС ПСОВ, ИЛИ НЕМНОГО О ФОНЕТИКЕ
Говоря о музыке слова, я назвала две главных
её составляющих: ритм и рифма.
Но есть ещё всевозможные штрихи и детали,
делающие музыку музыкой — либо, напротив,
снижающие, а то и убивающие музыкальность. И,
поскольку это мне тоже не раз приходилось
обсуждать со своими адресатами — я опять-таки
обращусь к собственному эпистолярному архиву.
Но сначала цитата и небольшой экскурс в историю
моего любимого сайта «Нонсенс».
В одном из конкурсных
стишков (за подписью «тётя Роза») были такие
строчки:
О, как же мне в сонм пней сего колхоза
Дал Бог попасть?
Рецензенты бодро откликнулись (накинулись!) на
«сонм пней»: «Слух, слух где?»
На что «тётя Роза» с достоинством ответила:
«Слух, слух на месте. А если бы не "сонм пней",
то тётя Роза не была бы тётей Розой и не могла
бы так сильно собой гордиться. Правда, на место
"сонма пней" претендовали также такие, не менее
красочные, изыски, как: "люд тлей", "чернь чрев"
и "плебс псов". Но тётя Роза не ищет легких
путей!»
Этот шутливый диалог, из которого взято
заглавие, стоит всех моих дальнейших
теоретических рассуждений.
Однако порассуждать хочется, да и не пропадать
же письмам!
Письмо №1.
Дорогая В., добрый день!
С интересом прочитала твою новую подборку. Стихи
твои, как всегда, умны и ироничны — ты
знаешь, как я ценю юмор и самоиронию.
Но в сопроводительном письмеце ты просишь
оценить стихи «откровенно и беспощадно», так
что, надо понимать, одними похвалами мне не
отделаться.
Ну что ж, буду «откровенничать и
беспощадничать»!
Заодно воспользуюсь поводом поговорить о том,
что давно у меня наболело, и в частности —
именно в связи с твоими стихами.
Оставим содержание — оно у тебя, как
всегда, на высоте. Поговорим о форме.
Удивляешься? Я предвижу твой протест: что не
так? Строчки ровные, ни одна не вылезает из
размера, рифмы не затасканные, а некоторые —
просто блестящие находки!
Всё так, я и не думаю спорить.
Но мне твои стихотворения порой читать очень
непросто. И вовсе не потому, что мне трудно
вникнуть в смысл. Ты мыслишь ясно и формулируешь
доступно.
Но ты, очевидно, не задумываешься над тем, как
это будет звучать, если читать стихотворение
вслух. Скажем, со сцены. Или просто
гипотетическому слушателю. Ты пишешь и не
прислушиваешься. А я читаю и спотыкаюсь.
Вот твоя строчка:
Когда вдруг встретишь что-то новое…
Послушай, это же не фраза, а логопедическое
упражнение! Разве ты не слышишь, как громоздко
это звучит? Попробуй прочитать вслух — и
поймёшь!
Откуда ощущение громоздкости?
Во-первых, три ударных слога подряд:
когдАвдрУгвстрЕтишь.
Да, мы уже говорили об этом. Да, спондей (стопа
с «лишним» ударением) – обычное дело в стихах. И
всё-таки спондей спондею рознь. Об этом
чуть-чуть позже.
Во-вторых – нагромождение согласных:
ВДРуГВСТРетиШШТото... Я намеренно написала это в
виде почти что транскрипции: попробуй выговорить
— язык сломаешь! (Даже наш компьютерный
друг Word — во всяком случае, некоторые
его версии — подчёркивает нам стыки слов,
если рядом оказываются пять и более согласных.)
Ну и что делать? Не использовать в стихах
богатые согласными слова — встреча,
встряска и проч.?
Вовсе нет. Используй их на здоровье. Только
пусть это обилие согласных по возможности не
соседствует на стыках с другими согласными. Тем
более если это спондей.
К примеру, представь, что та же строка имеет
такой вид:
Когда ты встретишь нечто новое…
Согласись: прочитывается вполне гладко.
Что изменилось?
Во-первых, громоздкому ВСТР теперь предшествует
гласный звук Ы.
Во-вторых, ушёл шипящий стык ШШТ.
Я понимаю, что по смысловой интонации тебе нужно
именно «что-то», а не «нечто». Значит, стоит
подумать, как перестроить строчку, сохранив
«что-то» и при этом избавившись от соседства
двух шипящих.
А вот теперь вернёмся к ударениям.
Ты вправе сказать: но ведь спондей как был, так
и остался! Всё равно три ударных слога идут
подряд: когдАтЫвстрЕтишь.
Верно. И всё-таки здесь лишнее ударение
практически не мешает — оно почти
незаметно.
В чём секрет?
В так называемом атонировании.
Атонирование — это, попросту говоря,
потеря ударности. Слово как бы передаёт своё
законное ударение соседнему слову, более
значимому в строке. Одни слова атонируются
охотно, другие сопротивляются.
В этой строке слово «ты» атонировано, оно
воспринимается как безударное: оно передало своё
ударение слову «встретишь». Вот и прочитывается
единым духом «тывстрЕтишь».
А слово «вдруг» атонироваться не хочет. Тем
более что своим конечным согласным звуком
натыкается на ещё одно нагромождение согласных.
Вообще строка тем ровнее и легче ложится на
слух, чем меньше в ней скоплений согласных.
Прости за самоцитату — использую её как
иллюстрацию.
Много лет назад, написав очередной стишок, я
обратила внимание на то, как ладно звучит
строчка:
Деловитая букашка семенит по рукаву.
И поняла, что секрет этой «ладности» в том, что
тут почти на всём протяжении строчки гласные и
согласные звуки чередуются. Только в двух местах
согласные оказываются рядом: в слове «букаШКа» и
на стыке слов «семениТ По».
Специально стремиться к такому правильному
чередованию, скрупулёзно подбирать слова по
этому принципу, конечно, ни к чему —
достаточно просто прислушиваться к звучанию и не
допускать неудобопроизносимых стыков.
Это не конец письма, но остановлюсь пока на
этом.
Письмо №2.
(Вернее, кусочек следующего письма тому же
адресату.)
…Вообще стыки слов — штука коварная. И
дело не только в громоздкости. Иногда
стихотворец в силу своей авторской глухоты
(да-да, есть такое понятие в литературоведении!)
не замечает, какие неблагозвучные, а иногда
анекдотичные сочетания получаются.
Пример из твоей подборки? Пожалуйста.
Как оно, как оно вышло-то?
Не тебя первую предупреждаю: будь осторожна со
словом «как», старайся избегать гласных после
него. Ибо давно уже ходит среди стихослагателей
иронический термин «каки», и давно уже подмечен
ляп, допущенный советским классиком в известной
песне:
Как увижу, как услышу, всё во мне заговорит…
Но речь не только о «каках».
Однажды друг-поэт читал мне своё стихотворение
(очень хорошее, кстати), в котором была такая
строчка:
Иглу поставит на пластинку…
Когда я ему сказала, что это звучит так: «И
глупо ставит на пластинку»,– он удивился и
поблагодарил. Сам он этого не заметил.
Я уж не говорю о подруге, которая не заметила,
как звучит в её строке словосочетание «мосты и
балки»…
Да я сама тоже не без греха. Есть у меня, к
примеру, строчка:
Но кому-то мы внятны и в хартии душ внесены.
Первоначально было иначе:
Но кому-то мы внятны и в летопись душ
внесены.
Изменила я строчку, когда другая моя подруга,
тоже пишущая, посоветовала избавиться от
«…письдуш».
Вообще авторская глухота — забавная тема.
Некоторые примеры стали почти хрестоматийными
— например, брюсовское «мы ветераны,
мучат нас раны». И масса литературных казусов,
которые я не стану пересказывать, тем более что
не знаю, что из этого было на самом деле, а что
— выдумка, анекдот.
Кстати, сознательных выдумок, основанных на
таких стыках, тоже сколько угодно — ты
наверняка вспомнишь не одну стихотворную или
песенную шуточку, в которой с виду всё невинно,
а звучит неприлично!
*
Однако что я всё о плохом — об
оплошностях, ляпах, авторской глухоте?
Пора поговорить о хорошем. Фонетика ведь не
только коварна — она ещё и благодатна.
Если в музыке существуют мелизмы, пассажи и
прочие средства орнаментики, то есть украшения
мелодии, то в стихосложении для этого существует
аллитерация и звукопись. Понятия близкие, но всё
же между ними есть различие: звукопись
подражательна, аллитерация — не
обязательно. Впрочем, одно другому не мешает.
Несколько лет назад на форуме того же «Нонсенса»
появилось замечательное стихотворение —
его поместил там один из завсегдатаев сайта под
одноразовым псевдонимом — то есть
фактически анонимно. Я знаю, кто автор, но раз
он решил остаться неизвестным, то и я не стану
его называть. Однако две строки процитирую:
Листвы невесомые сонмы, ветрами несомы,
Струятся несмело – сметает их осень несметно…
Безусловно — игра слов. Но игра
прекрасная. Никакой передозировки, чрезмерности,
всё работает на настроение, на зримость и
звучание. Аллитерация на
с
одновременно
является умелой звукописью: разве в этих
переливах ст-см не слышно ветреного
свиста? А чего стоит другая находка — то
ли каламбур, то ли оксюморон «сметает несметно»!
Но всё хорошо в меру. Если задаться целью
непременно аллитерировать стих — и идти
на поводу у затеи — это может
превратиться в нарочитое трюкачество.
Собственно, почему бы и нет? Как упражнение,
оттачивание мастерства — это отлично! Да
и отчего бы не поразить читателя виртуозной
версификацией?
На лоне лени я вольнее лани…
Прошу прощения: это опять самоцитата. Не
похвальбы ради, а в подтверждение сказанного.
Стишок чисто экспериментальный — и
заканчивается он выводом:
Аллитераций ловкая безделка.
Закончу ещё одной самоцитатой — опять-таки в
качестве иллюстрации. На этот раз — иллюстрации
понятия звукописи (причём поданная в лоб,
напрямую):
Мало слов – заимствуй у природы
Голоса – бесплатные плоды:
Всё вокруг звучит – ветра и воды,
Всё поет на разные лады.
Всё себя являет в разговоре.
Вот, к примеру, равное стиху:
Рык и рокот грозового моря,
Под раскаты грома наверху.
Разразится приступами рёва,
Раскрутив разгульную кадриль,
Напророчит разного… И снова –
Шелестенье, шорох, шепот, штиль.
О ЧЁМ ПИШЕМ? |